Назад к списку

Перфекционист* и авантюрист

ОБЩЕСТВО,31.05.2019,499
Перфекционист* и авантюрист

 

Очень непростым был основатель и первый директор музея Владимир Петрович Ермолаев. Его биография, при всей внешней простоте, содержит факты, порой явно противоречивые. Кое-что можно отнести на счет сложной эпохи, но остальное – именно что результат его неординарной натуры.

Когда Ермолаев приехал в Туву?

Начнем с того, что он родился в небольшом селе - Канско-Перево­зинское, в 1892 году. Канско-Перевозинское село, а в народе проще – Кан-Перевоз, село богатое. Точнее, стало богатым ближе к концу 19 века. Но церковь там построили только в 1899 году. Зато там были пять мельниц, основой жизни села была торговля хлебом, там жили в основном крестьяне. Однако Ермолаев указывает, что происходил из рабочей семьи. И вот мальчик из рабочей семьи в 1909 едет в Красноярск. Как сам пишет, в 1909–1921 годах работал в Красноярском краеведческом музее фотографом, заведующим сельскохозяйственным и промышленным отделом. То есть, в свои 17 лет работал фотографом. Это и сейчас непросто, а в те годы? Ну откуда у мальчика из рабочей семьи были фотоаппарат и навыки работы с ним? Фотоаппараты были редкостью. Владеть камерой мог только человек состоятельный. Или постоянное стремление к совершенству сделало возможным овладеть фотоискусством в такой короткий срок? В 1921 году приехал в Туву. Причем не для работы в музее, которого и не было. Если следовать листку учета, заполненному им собственноручно - 1923–1925 гг. работа инструктором Союза кооперативов в Кызыле. А в другом учетном листке, тоже заполненном собственноручно, он пишет: «С 1916 года нахожусь в Туве. Сначала работал здесь в переселенческой организации статистиком и фотографом. В должности статистика же продолжал работать при первой советской власти в Краевом совете. Затем в 1924 году был инструктором Союза кооперативов, а до этого заведовал торговой факторией Центрсоюза на Хемчике». Как-то странно все это. Во всем видна какая-то авантюра, не вполне понятная. Не менее странно отношение к иностранным языкам. Опять же своей рукой он пишет, что иностранных языков не знает. Но тувинский язык тогда был иностранным для граждан России, а его он точно знал, если мог даже рецензировать тувинский героический эпос «Бокту-Кириш и Бора-Шээлей». И вот еще один факт – в своем дневнике он описывает встречу с норвежским полярным исследователем Фритьофом Нансеном. Нансен посетил красноярский музей и спросил его сотрудников, не смогут ли они сделать для его доклада в Географическом обществе диапозитивы к проекционному фонарю. Ермолаев получил около сорока негативов, сделал с них диапозитивы на стеклянных пластинках. Общались через переводчика: «после этой встречи я самостоятельно изучил норвежский язык, в оригинале прочитал все публикации великого полярного исследователя, какие только мог достать». Нансен посетил Красноярск в 1913 году. Ермолаеву был двадцать один год. И, очевидно, он был тогда самым опытным фотографом музея, раз ему доверили такое дело. И вскоре выучил норвежский…

 

Основатель музея и колонизатор…

Но эти противоречивые факты мы пока оставим. А что Ермолаев делал в Туве? С 1924 г., т.е. с основания газеты «Тувинская правда», (в то время «Красный пахарь») был внештатным корреспондентом, много печатался, а с 1944 по 1949 год официально был литработником и фотокорреспондентом. Отметим только, что с тувинцами он явно общался до 1921 года, еще в 1916 году он услышал легенду о Саине. Хотя переосмыслил и создал стихотворную поэму о верной любви бедного парня гораздо позже. Но вот создается музей. Очевидно, Ермолаев был в то время единственным человеком, имеющим опыт музейной работы, он стал и основателем, и первым директором. Кроме краеведческих экспонатов, которых тогда было не очень много, музею нужны были и какие-то экспонаты, представляющие мировую культуру. Министром культуры тогда был Салчак Тока, он и откомандировал Ермолаева в Москву с заданием привезти экспонаты из советских музеев. Как и каким образом Ермолаев договаривался, сейчас можно только предполагать. Но за полгода он проделал огромную работу: посещал музеи, беседовал с учеными, рассказывал о Туве. Ему удалось получить уникальные экспонаты из Исторического музея, Государственного музея им. Ленина, зоологического, минералогического музеев, книжных издательств и других источников. В Туву он привез картины русских и зарубежных художников, фотографии, книги, предметы старины, чучела животных и птиц, коллекцию минералов. Как привез? Очень «просто» - до Абакана на поезде, а затем на санях в Кызыл. Даже представить себе невозможно, как везти зимой в Туву на санях такие ценные экспонаты. В общем-то, тоже больше похоже на приключение, авантюру, чем на суровые будни реальной жизни. И еще один нюанс – акты передачи не сохранились. Вероятно, для того, чтобы взять ценности из музея, документы были, к тому же должны были быть какие-то документы, чтобы вывозить их за границу. Но вот, как-то получилось, что никаких бумаг на это богатство сейчас нет. А теперь посмотрим, что было дальше. Как говорили на Первых Ермолаевских чтениях в 2012 году, поэма «Вечер на сенокосе» (первоначальное название «Легенды о Саине») была написана в 1940 году и ее собирались опубликовать тогда же. Но не сделали этого, потому что Ермолаев был обвинен в… колонизаторской деятельности. Вероятно, обвинение в «колонизаторской деятельности» было равнозначно обвинению в национализме. В любом случае трудно понять, как именно Ермолаев собирался колонизировать ТНР, и мог ли быть националистом человек, переводящий тувинские легенды. Явно это был клеветнический донос. Особых репрессий, к счастью, клеветник не добился. Только вот публикацию поэмы затормозили. «Легенда о Саине» вышла в печать только 1966 году. Побольше бы нам таких «колонизаторов»! Да, у этого человека жизнь была очень неспокойной. Но его главным качеством было стремление к совершенству. Достаточно посмотреть на фотографии. Тогда ведь не делали десятки и сотни кадров, чтобы потом выбрать посимпатичнее, не было технических возможностей улучшать сделанные фото. Но вся история ТНР у нас перед глазами именно благодаря деятельности Ермолаева. Каждый кадр точен и выверен. Композиция и прочее, что необходимо для хороших фотографий – всё на месте.  Сейчас на фронтоне Национального музея сделали горельеф, изображающий основателя музея. Он словно выходит из стены со своей камерой. Директор музея Каадыр-оол Бичелдей сказал, что мы сейчас «открываем памятник сыну русского народа, который смог сохранить истоки,  историю тувинского народа». Пожалуй, это – самая точная характеристика «колонизатора», авантюриста и перфекциониста Владимира Петровича Ермолаева. Открытие горельефа почтил своим присутствием старейший работник музея, обладатель титула Живое сокровище шаманизма, кавалер ордена «Буян-Бадыргы» I степени Монгуш Борахович Кенин-Лопсан.

 

* Человек, стремящийся к совершенству


Автор: И. Вечорко
0
0
Похожие статьи

Комментарии (0)Правила

Чтобы оставить комментарий войдите под своей учетной записью или зарегистрируйтесь