,
Партнеры

Фапик
  
Реклама в Туве
  
bastion
  
stroimaster
  
  
Мы в соцсетях



Заметили ошибку?

Выделите мышкой часть текста
и нажмите

Система Orphus
Сайт газеты “Плюс Информ” » Общество » Итоговое интервью. То, что осталось за кадром


Итоговое интервью. То, что осталось за кадром

 (голосов: 0)

Итоговое интервью. То, что осталось за кадромШолбан Кара-оол: «Уезжая в город за так называемой лучшей долей, человек может получить гораздо большую проблему. И даже образование не поможет…»

Одним из значимых событий конца года в СМИ республики стало итоговое интервью Главы республики Ш. В. Кара-оола, которое он дал ГТРК «Тыва». Само интервью с губернатором вышло за привычные журналистские рамки. Впервые Шолбан Кара-оол вышел не в привычной обстановке студии и в режиме эфирного цейтнота, а в дороге. По пути в Улуг-Хем Глава имел возможность ответить на вопросы корреспондента обстоятельно, углубиться в темы. Некоторые фрагменты этого интервью можно найти на сайтах телевизионных компаний, а также в правительственных печатных источниках. Сама беседа длилась около трёх часов, и редакция сочла уместным постараться расширить аудиторию. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию те куски интервью, которые не публиковались и не выходили в теле- и радиоэфирах. Здесь нет вопросов корреспондентов, а сами ответы обозначены по темам (всего их было около 20) и достаточно приближены к полной версии.

1. Почему народ уезжает в город, и всегда ли это оправдано

- Это серьёзная проблема. Здесь можно найти гармонию. Прежде всего человек должен осознавать свои потребности. Я вспоминаю своё детство в деревне. У нас была насыщенная жизнь. Но нужно понимать запросы уже сегодняшнего дня. Вот почему я инициировал программу по развитию наших малонаселённых деревень. Это ненормально, когда ставится где-то вопрос о закрытии школы. Это чисто наша, доморощенная тема. У нас сёл, где менее тысячи жителей, - 66. И 14, где менее пятисот человек. 8 сёл, где менее 25 жителей. И за последние годы в целом из этих сёл выехало порядка 300 человек. В половине этих сёл нет водоснабжения. В большинстве ставится вопрос о создании ФАПа. Там должна быть школа, связь, в том числе мобильная. Запросы людей - это не только школа, больница, клуб. Это и спорт, связь, в том числе мобильная. В семи из 8 сёл нет мобильной связи. Но, уезжая в город, человек теряет свои корни, основу для заработка и многое другое. Когда детей отправляют в город учиться, вроде бы, с одной стороны, хорошо, но с другой, это порождает иногда ещё большие проблемы.

Ненормально, когда, скажем, в Шуурмаке, в малокомплектной школе, количество учителей не соответствует количеству учеников. При этом руководство школы отправляет своих детей учиться в школах Кызыла. Это значит, учителя сами капитулируют, поднимают руки. Если дети будут на селе, значит, там есть будущее. Если родители связывают будущее своих детей с этой землёй, это правильно. Сейчас мы сосредотачиваем средства на развитие ФАПов. И хорошо, что у нас есть люди, которые живут и в Тодже, и в Кунгуртуге, и в Суши. Этим надо гордиться. Но и думать о том, чтобы там было воспроизводство этой самой жизни. Мой первый указ при вступлении в должность в 2007 году был как раз об увеличении в пять раз поддержки села. И сейчас я вижу, что нам это сторицей возвращается. Люди понимают, что надо зарабатывать себе, проживая на своей земле. И главное, молодёжь возвращается.

2. Нюансы «Кыштага»: доверяй, но проверяй

- Бюджетные деньги – за ними же многие следят: Счётная палата, Служба по финансовому надзору и другие. Вроде бы все эти решения выносятся на межведомственный уровень. Человек защищает свой бизнес-проект, рассказывает о своём участии. Вроде бы со всех сторон отмеряли, поддержали, а потом выясняется, что кто-то с кем-то в кошки-мышки играет. Это очень нехорошая ситуация. Но в последнее время я не вижу какой-то предвзятости власти структур на предмет лоббирования своих родственников или каких-то аффилированных лиц, практически об этом не слышу. Если это так, значит, наши комиссии эффективны. Во время «Кыштага» я закрепил каждого члена правительства за всеми 107 сёлами, где реализовывался этот проект. Ради одного – проконтролировать отбор. И это помогло. Но негатив всё же был. В Чал-Кежике выиграла семья, которая в близких родственных отношениях с одним из поселковых руководителей. Я тут же поставил вопрос об увольнении этого начальника и об аннулировании результатов конкурса.

3. Кто не работает с почвой, денег не получит

- Всё-таки наши цифры по сельскому хозяйству я считаю скромными. Я критикую ситуацию, когда на зерноводство мы выделяем достаточные деньги, а итог? Почти 120 млн. рублей мы тратим на покупку семян, на весенне-полевые работы. И когда я встречаюсь с нашими фермерами, то говорю им, что рассуждать об урожайности в 6-7 ц/га, конечно, не разумно. Это просто выбрасывание денег в песок. И вот сейчас с удовлетворением замечаю, что средняя урожайность в этом году чуть выше 11 ц/га. Хотя всё равно мы сидим на низкой урожайности. И мы прекрасно понимаем, что зерноводство у нас скорее не для производства муки, скорее для заготовки кормов для животноводства. Например, востребованным у нас остаётся овёс. С фермерами мы договорились, когда я в Сут-Холе собирал западный куст, а в Эрзине - южный, что правительство поддержит тех, кто уже созрел для большей производительности, кто готов купить технику. Половину затрат мы возместим. Нам техноперевооружение делать. И такие уже есть, например, в Сут-Холе. Второй принцип: тому, кто не работает с землёй, не готовит её к посеву, просто так, на основе заявок, мы деньги выделять не будем.

4. Племенное хозяйство: опыт предков плюс новые технологии

- «Племсервис» - такая структура вообще-то уже есть, но пока не очень инициативна. А здесь инициатива пошла из Барун-Хемчиского района, оказываются услуги нашим чабанам. И это всё ради возрождения нашего племенного дела. И когда мы говорим, что на дворе ХХI век, что это давно уже поставлено на научную основу, есть изыскания, то это вопрос к нашему НИИ сельского хозяйства, и этот вопрос завис в воздухе. Хочется, чтобы учёные встрепенулись и начали своё сопровождение сельхозпроизводства. А в Барун-Хемчике люди поняли, что появился потребитель. Появилось предприятие, которое нуждается в комплексной поддержке. Рынок спроса появился. Веками предки подгоняли окот под нужное время года. У нас есть сельхозуправления в районах, там люди исправно получают зарплату, фактически занимаются отчётами, а суть своей работы – поддержка сельхозпроизводителей – оказалась забытой. Когда у нас скота 1 млн. 300 тысяч голов, представляете, сколько у нас потребителей? И уже есть люди, которые готовы платить за качественную племенную работу. То ли ты получаешь немощного ягнёнка, скот, который не выживает, то ли ты получаешь приплод от хорошего племени. Не забуду посещение одного хозяйства в Танды, где увидел настолько резвых баранов, прыгающих чуть ли не в человеческий рост. А получили они этих баранов из Бай-Тайги, где как раз занимаются племенным делом.

5. Мы не прогадаем. Спрос на продукцию оленеводства был и остаётся

- В лучшие советские времена у нас поголовье оленей было в пределах 12-13 тысяч особей. Старики знающие мне говорили, что в то время каждый месяц уходила прямиком в Кремль наша продукция – хариусы, ленки, в том числе продукция оленеводства. И сейчас есть большой спрос на экологически чистую продукцию оленеводства. И то, что есть у нас сейчас – 3 тысячи голов, – откровенно не соответствует реальному спросу.

Именно с целью возрождения оленеводства мы в свое время договорились с китайской компанией «Лунсин», которая зашла в Тоджу еще до меня, в 2005 году, создать на паритетных началах фонд поддержки оленеводов. Тогда речь шла скорее о сохранении маточного поголовья, чем о развитии оленеводства. Мы были готовы субсидировать оленеводов только ради того, чтобы они не вырезали оленух. Так был введен трехлетний мораторий на забой оленей, который позволил уберечь от истребления целую отрасль АПК, а заодно сохранить и уникальное занятие, унаследованное от предков.

Теперь пришло время перейти от сохранения к росту отрасли. Хотим по аналогии с «Кыштагом» поддержать порядка 15 оленеводов в Тодже. Выберем самых сильных из тех, кто готов заниматься этим, дадим льготы, дадим животных. Минсельхоз Тувы уже изучает варианты закупок племенных оленей – в якутском Нерюнгри, например.

Число участников этого проекта не случайно ограничено 15 семьями. Оленеводство - непростой, тяжелый труд. Здесь не всякий справится даже из тех, кто называет себя тувинцем-тоджинцем, наследником оленеводов. Нужны действительно очень сильные, умелые и настырные люди. А мы постараемся максимально облегчить их труд и жизнь в тайге, обеспечив современным оборудованием и гаджетами – спутниковыми телефонами, снегоходами, более комфортными, чем традиционные чумы, палатками, и т.д.

Итоговое интервью. То, что осталось за кадром6. Большим чиновником можно стать, только пройдя муниципальный уровень

- Я начну издалека. Правительство привязало зарплату к средней зарплате тех, кто там работает. Негоже, когда в школе 60 с небольшим учеников и почти 20 человек, в том числе техперсонала. Главное – учебный процесс, это значит достойная зарплата учителя. То же самое и во власти. Мы сейчас привязываем работу руководителя к результатам его деятельности. Будут гранты. Те председатели муниципалитетов, у кого в развитии малых сёл будут лучшие результаты, получат 100 тысяч рублей. НО. Не хотел бы слишком моннетизировать управленческую деятельность. Исхожу из того, что руководитель должен отдавать отчёт в том, почему он здесь. Потому что кроме него там нет больше никого и он любит свою родину. Это особая карма. Это соответствует и нашим религиозным устоям. Это новая мотивация, но за ней традиции предков. Вот сейчас новое поколение управленцев. В 2017 году мы сменили руководителей муниципалитетов в ряде районов. Очень много молодых людей, имеющих здоровые амбиции. И сейчас принцип такой: министром или иным высоким руководителем может стать только тот, кто прошёл муниципальный уровень. Власть не дана для того, чтобы сидеть там вечно. Мы именно так подходим. Как в мультфильме: Акела промахивается – приходит новый. Для этого есть система отбора, конкурса. И там много факторов. Возраст, кстати, не главный критерий. Лучший пример – наш аксакал Чимит-Доржу Баирович Ондар, который в 86 лет возглавил Общественную палату Тувы. Важно сохранить амбиции и готовность давать результат.


Интересный материал? Поделитесь им с друзьями!



Похожие новости:

  • Выстрел в тайге
  • В гостях у Альберта Кувезина
  • Год, как год – 2017
  • Социальные комментарии Cackle