,
Поиск по сайту

Архив по номерам

Наш опрос
Полезные ссылки
Прием отходов пнд труб.
Партнеры

  
abakan_build
  
bastion
  
stroimaster
  
  
Мы в соцсетях



Заметили ошибку?

Выделите мышкой часть текста
и нажмите

Система Orphus
Сайт газеты “Плюс Информ” » Криминал » Преступление и наказание


Преступление и наказание

 (голосов: 0)
По жестокости совершаемых убийств Тува, хоть и не является лидером по Сибирскому региону, но и не тянется «в хвосте» трагической статистики. И 70 процентов наглых, жестоких убийств совершается на почве бытового пьянства. Водка-нож-суд-тюрьма. И потом долгие однообразные годы несвободы, проведенные за периметром зоны. А потом для некоторых недолгая свобода. В республике в четырех колониях и одной колонии-поселении отбывает наказание 4000 человек. Сколько из них после освобождения больше не совершат преступления?
Убийство семьи в городе Туране, которое произошло в начале августа этого года, когда от рук рецидивиста погибло две женщины и один ребенок, вновь потрясает. Подозреваемый Владислав Технюк только в марте освободился из мест лишения свободы, где отбывал наказание за убийство… Что происходит с людьми за периметром зоны? Что должно стать для преступника наказанием? Сегодня многие твердят: наказание стало мягким, а зоны курортами. К стенке – и точка. Выход ли это и как бывшим заключенным адаптироваться к жизни вне зоны, они ведь не могут жить как все? Или не хотят? С этими и другими сопутствующими вопросами корреспондент еженедельника отправился к руководителю тюремного ведомства республики, начальнику УФСИН по РТ Рамизу Алмазову, который с 2003 года в Туве возглавляет это ведомство.
- Как характеризуется подозреваемый в убийстве семьи в Пий-Хеме Владислав Технюк, ведь он отбывал наказание в Туве?
- Да. И за примерное поведение был переведен в колонию-поселение. Работал в свинарнике, на 10 дней ходил в отпуск в Туран, к семье. Работал хорошо.
- Принято постановление правительства об адаптации лиц, которые освобождаются.
- Да, вот оно, у меня на столе. Его реализация потребует огромных финансовых средств. Программа пока только прописана. Главная причина рецидива – нет работы у людей после освобождения. Вот мы 15 человек у себя после освобождения оставили. Водителями, трактористами, старшими чабанами. Эти люди нашли себя. Но у нас только одно подсобное хозяйство. Больше трудоустроить не можем. Адаптация бывших заключенных – это задача для многих министерств и структур. То, что наша служба должна делать, мы делаем. Давайте смотреть вглубь. Средний возраст тех, кто отбывает наказание в Шагонарской исправительной колонии, – 22 года, ребята безграмотные, на 80% просто необразованные. Многие русского языка не знают. Тысяча человек сидит в Шагонаре, большинство прошло детские колонии. Кто должен воспитывать этих людей?
- Сколько исправительных учреждений на территории Тувы?
- Одна колония-поселение, три колонии и один следственный изолятор, в которых содержатся более 4 тысяч человек. С учетом того, что у нас нет детской, женской колонии, колонии особого режима, многие осужденные отбывают наказание за Саянами. Это еще три тысячи человек. Сегодня у нас переполнены колонии общего режима, много молодежи. И 70% совершенных ими преступлений – на почве бытового пьянства.
- Семь тысяч осужденных для Тувы– это много?
- Этот вопрос скорее для психологов, статистов. А по рецидиву я скажу, что в Туве не так уж и много совершается рецидивных преступлений. Процентов 15-20.
- Как вы готовите людей к освобождению, когда заканчивается срок?
- Подготовка к освобождению проходит в течение всего срока, что осужденный находится в колонии. Как только зашел за периметр. Представьте, если человек 15 лет за решеткой, сел – был один строй, освободился – другой. И вначале отправляем в колонию-поселение и только потом окончательно на волю. И что его там ждет? Зачастую ни жилья, ни семьи, ни работы. Местная власть, Министерство социальной политики, Центр занятости должны брать таких людей на особый контроль. Принята программа, может быть, теперь что-то изменится. Попадая к нам, заключенные учатся, у кого нет среднего образования. 22 осужденных получили здесь разные профессии. Трактористы, резьба по дереву, другие специальности. Есть профессия, но только кто поможет им с работой на воле?
- В последнее время все чаще говорят, что не тюрьмы у нас, а курорты, пожестче нужно, а у вас в зоне культурно-массовые мероприятия проходят…
- А почему бы нет? Заключенный – он же человек, он из этого общества пришел, в это общество ему и выходить. За 15 лет отсидки, даже за любой другой срок, озлобим человека, кем он вообще выйдет в общество? Кроме того, есть закон о правилах содержания заключенных. Мы их обязаны кормить, обувать-одевать, и предоставить соответствующие условия за колючей проволокой. Их права никто не отменял. Сегодня осужденные более раскрепощенные, книги читают, дни открытых дверей мы проводим. Так мы их готовим к выходу на волю. И это тоже адаптация к выходу, они должны знать, что происходит на воле, чтобы у них все с ног на голову не встало после освобождения. Конечно, есть разные категории людей, отбывающих наказание, с каждым работает психолог. Вопрос в другом. Ввели мораторий на смертную казнь, но разве дают кому-то пожизненное наказание? Это крайне редко.
- По рецидиву ведется статистика в вашем управлении?
- Из освободившихся 15-20 % процентов вновь совершают преступления. Нечем заняться на свободе, некуда идти. Приведу пример. Освободился парень из первой колонии. Буквально через несколько дней разбивает в киоске стекло, ворует сигареты, и сидит рядом ждет, когда за ним приедет милиция. Конечно, это частный случай, но показательный. Вы поймите, ни УИН, ни МВД одни ничего не сделают. Не должны оставаться в стороне соцзащита, женсоветы, горадминистрация.
- А как вы относитесь к тому, что в последние 10 лет романтизация, скажем так, мест лишения свободы и образа преступника все больше набирает обороты?
- Да, эта тема очень популярна на ТВ, радио. Это не просто так. Сегодня очень много появилось благотворительных разных организаций, которые работают под прикрытием спецслужб. Им выгодно развалить систему. И многие ТВ-программы создаются, возможно, при их поддержке. Мы работаем с осужденными по совести. Я захожу в зону, он для меня в первую очередь человек. И я должен сделать все, чтобы он в заключении не потерял свой человеческий облик, чтобы не озлобленным вышел на свободу, а нормальным.
- Вот говорят, в Туве сидел каждый второй…
- У нас сидят не больше, чем в других регионах. Везде одна проблема – массовое пьянство, повальное. Отсюда и преступность. Другое дело, что на почве пьянства у нас больше совершается убийств, изнасилований, других тяжких, преступлений. Вот тут мы, пожалуй, лидируем.
- В чем должен быть страх человека, чтобы вновь не пойти на преступление?
- Совесть.
- А является ли несвобода для заключенных наказанием, или годик отсидел – ничего?
-Заключение – для любого человека это трагедия. И для основной массы осужденных это так. Вопрос нужно ставить, как работать с такими людьми на воле? Вот на нашем подсобном хозяйстве работает бывший осужденный, много лет отсидел. Он упросил оставить его, некуда пойти. Но это единичный случай, многие выходят в неизвестность.

Интересный материал? Поделитесь им с друзьями!



Похожие новости:

  • Там по периметру стоят... камеры видеонаблюдения
  • Доступ ограничен
  • В гостях у Альберта Кувезина
  • Социальные комментарии Cackle